Вдохновение,  Интервью

Руне Белсвик, Простодурсен и Марципановый пир 

Москву и Петербург посетил известный норвежский писатель Руне Белсвик, чьи книги о Простодурсене ставят на одну полку с «Муми-троллями» и «Винни-Пухом». На встрече с журналистами и блогерами Руне Белсвик рассказал, как появился Простодурсен, поделился историями из детства и писательской жизни.

«Простодурсен. Зима от начала до конца» и «Простодурсен. Лето и кое-что еще» объединили шесть неспешных задумчивых историй о нескольких жителях Приречной страны, в каждом из которых узнаёшь себя. Наверное, поэтому «Простодурсен» так нравится не только детям, но и взрослым. Прибавьте к этому блестящий перевод Ольги Дробот, отмеченный профессиональной премией «Мастер», и удивительные иллюстрации Варвары Помидор и вы получите книги, которые обязательно станут классикой.

О появлении Простодурсена

Однажды мы с моим пятилетним сыном потеряли книжку, которую читали, и стали сами сочинять историю. Сын хотел, чтобы это была страшная история — про львов и опасные приключения, а мне хотелось чего-то спокойного из обычной жизни.

Мой сын очень любил развлекательные книжки, и меня это немного беспокоило. Почему они ему так нравятся, думал я. Наверное, потому, что не заставляют его думать.

Это был шанс написать книжку о том, как трудно справляться с повседневными делами — просто жить, находить общий язык с другими людьми.

И еще я подумал: что сильнее всего изменило меня и мою жизнь? То, что я стал отцом. Об этом я и решил написать.

Самым важным для меня было написать так, чтобы мне как взрослому было интересно это читать, но и чтобы мой сын мог всё это понять.

О взрослении

Когда я был ребенком, мне не хотелось становиться взрослым. Взрослые казались мне странными, непонятными. Но я вырос и поразился тому, как много во мне сохранилось детского. Я повзрослел, но мои чувства и переживания остались такими же, как когда я был ребенком. Это было удивительно.

О том, как писать для взрослых, а как для детей

Я не пишу для взрослых как-то специально серьезнее, чем для детей. Единственная разница в том, что когда я пишу для взрослых, то опираюсь на опыт, который получил уже будучи взрослым, и эти проблемы мне хочется обсудить не с детьми, а с другими взрослыми.

Для детей писать сложнее. Нужно следить за простотой формулировок.

В Норвегии гораздо проще получить грант или писательскую стипендию, если ты пишешь для взрослых, поэтому мне фактически пришлось написать некоторое количество «взрослых» книг, чтобы иметь «портфолио» для соискания стипендий. Но я считаю себя детским писателем.

О семейном чтении

Когда я был маленьким, у нас дома не было ни одной книжки, но мы иногда слушали «Детский час» на радио, где читали произведения норвежских классиков Эгнера, Прёйсена, Вестли.

Когда мне было лет десять, учитель сказал моим родителям, что они должны завести в доме хоть какое-то чтение. И они подписались на газету. Так я стал писателем. Не знаю, есть ли здесь какая-то связь (смеется).

Когда я сам стал отцом, то решил, что у детей должны быть книги. При всяком удобном случае я старался склонить своих детей к тому, чтобы почитать вместе. Сын откликался на это с большей охотой, чем дочь, но я никогда их не заставлял.

Читали мы все тех же Эгнера, Прёйсена, Вестли, Линдгрен. Но в доме было и много современных книг, поскольку я заседал в совете Союза детских писателей Норвегии и получал для чтения практически все, что выходило.

О первом походе в библиотеку

Мне было 15 лет, я был безнадежно влюблен в девушку, но признаться ей в этом не решался, а вместо этого потихоньку за ней шпионил. Однажды вечером я увидел, как она заходит в библиотеку. Когда она вышла, я забежал туда и обнаружил на столе книжки, которые она сдала. Я решил забрать их домой и понюхать (смеется). Записался в библиотеку, получил книжки, но к вечеру девушка была полностью забыта, потому что одна книжка меня просто покорила (смеется).

О том, зачем писателю вторая работа

Ощущение себя писателем приходит и уходит. Я работаю не только писателем, но и ассистентом в доме сопровождаемого проживания для людей с ментальными особенностями.

Если я в неважном настроении, когда меня спрашивают, кем я работаю, отвечаю, что ассистентом в доме сопровождаемого проживания, а если чувствую себя «покрепче», то говорю, что я писатель (смеется).

Я очень доволен своей второй работой, там я чувствую себя нужным, значимым, а порой даже незаменимым. Я для себя разделил: когда прихожу на вторую работу, то я не писатель, а ассистент. Это позволяет отдохнуть от писательской работы. Мне кажется, что это полезно, во всяком случае для меня.

О вдохновении

Когда у тебя появляется идея произведения, это похоже на влюбленность. Сначала ты влюбляешься во что-то на расстоянии, ходишь и думаешь, какой прекрасный получится роман. И часто не торопишься записывать, ведь на бумаге от этих прекрасных грез может ничего не остаться (смеется).

О праве ребенка на встречу с писателем

В Норвегии каждый ребенок в начальной школе имеет право не менее раза в год встретиться с писателем, и школа должна об этом позаботиться. Норвежские детские писатели часто ездят по школам. Выступление им оплачивается из бюджета школы, а школа получает средства от государства или муниципального органа.

Особой радостью встречи стало чтение вслух. Руне Белсвик мастерски читал по ролям, и несмотря на незнание норвежского, я сразу же угадала и Сдобсена, и Утенка, и Октаву.

Когда Ольга Дробот взялась за перевод «Простодурсена», она встретилась с Руне Белсвиком в Норвегии и тоже попросила его почитать вслух, чтобы понять, как он разговаривает, какой у него темп речи. По ее словам, это очень помогло ей в работе над переводом.

Вы тоже можете послушать, как Руне читает вслух – буктьюбер Даша GlitterMagic сделала видеорепортаж. (Заодно узнаете, кто такие эти буктьюберы, о которых все говорят).
Пришло время брать автографы!
Ирина Рочева, хозяйка детского книжного магазина «Корней Иванович» в Туле и организатор фестиваля «ЛитераТула» привезла Руне Белсвику и Ольге Дробот в подарок «русскую коврижку» — тульские пряники.
Жители Приречной страны это дело любят, недаром единственный магазинчик, который у них есть – это пекарня Ковригсена. Каждый год накануне главного зимнего праздника, Марципанового пира, Ковригсен оставляет на крыльце три свежие ковриги. Ночью приходит Марципановый Лягух и съедает их. А наутро, выпив сока из кудыки, шепчет на ухо Ковригсену секретный рецепт марципана. Правда, после праздника Ковригсен снова на целый год забывает рецепт. Нет, это определенно мое любимое рождественское чтение!

В летне-осенней книге меня покорила история о том, как Простодурсен и Утенок придумывают, чем порадовать себя в скучный дождливый день: Простодурсену охота вздремнуть, а Утенок обижается, что с ним никто не играет. И тогда они строят речку, лакомятся изюмками, размышляют о радости и играют, как будто Простодурсен приехал в гости к знаменитому Утенку.

В этой теплой, правдивой и вдохновляющей семейной сцене взрослый не только узнает (или представит) себя-родителя, но и вновь отчетливо почувствует себя ребенком.

Наверное, об этом и говорил Руне, когда сказал, что хотел написать книгу о том, как его изменило отцовство, и что вырастая, мы по-прежнему остаемся детьми.

А теперь марципановый пир!
Спасибо издательству «Самокат» и Scandinavia Club за эту встречу.